Все страшные истории > Художественные рассказы > Материнское сердце

Материнское сердце

26.05.2015  Тема истории: Художественные рассказы Просмотров: 6

русская деревня

Ранним пасмурным утром, обещавшим унылый серый день, скрипнула дверь чёрной избы. На крыльцо вышел худой, но крепкий мальчонка лет десяти, в одной рубахе и портах. Кожа была сильно загорелой, что добавляло его виду здоровья. Светло-русые волосы взъерошены, зелёные глаза, прищурившись, задорно глядели по сторонам.



Он уверенно, чуть подпрыгивая, шлёпал по дворовой грязи босыми ногами, неся в руке пустое ведро. Зачерпнув воды из колодца, мальчишка направился обратно в дом. Тятька уже ускакал в город на базар, а мать к корове пошла. Мальчишка зашёл в избу и поставил полное ведро на лавку. Младшенькие что-то живо обсуждали на тёплой печке.

— Эй, малые! – Окликнул их брат.

— Чего тебе? – Отозвался Горыня.

— Чего пригрелись, лентяи? Айда на двор, за работу пора! — Прикрикнул парнишка.

Горыня послушно спрыгнул с печи и быстро метнулся в сени. Его примеру последовали Степан и самая младшая — Малуша, четвёртое лето всего живёт. Своего старшего брата ребятки побаивались, характером он не уступал тятьке. Но в отличие от тяти, мог побаловать их лишним сладким пряником. Бес его знает, откуда он их достаёт.

— Бажен! – Послышался голос матери с улицы.

— Ай, иду! – Ответил мальчик и вышел на крыльцо.

Мать шла к нему навстречу, неся парное молоко:

— Тятя, перед тем, как уехать, велел тебе сходить на реку, поставить сети.

— Сейчас пойду.

— Обожди, молока выпей да кусок хлеба съешь, на столе оставила.

— Хорошо, матушка, тогда пусть ребята тоже перекусят, – Бажен почувствовал себя неловко из-за того, что рано согнал ребят.

— Иди, иди, – мать заботливо подтолкнула сына в спину, – они успеют ещё, а тебе бежать надо.

Бажен жадно опустошил деревянную кружку молока и зажевал маленький кусок чёрного хлеба, но не весь, а только половину. Другую половину оставил Малуше. Кошки так и скребли у него на душе, предчувствуя беду. Да какая может быть беда? Парнишка одёрнул сам себя и обругал в мыслях.

— Ну, я пошёл, – сказал Бажен, обращаясь к матери.

— Иди с Богом, – мать перекрестила его своей сухой ручонкой.

Этот жест подлил масло в огонь непонятного волнения, вдруг разыгравшегося в сердце Бажена. Чего это мать провожает его, как в последний путь? Мальчик снова выругался на себя за такие мысли, взял сети в сенях и пошёл к берегу. Непонятно зачем остановился у плетня ненадолго и оглядел двор. Степан косил траву, Горыня вытаскивал навоз из-под коровы, Малуша понесла похлёбку поросятам и, как чувствовала, что на неё смотрят, обернулась и тоже посмотрела на брата своими янтарными глазами. Бажен подмигнул ей левым глазом и пошёл прочь, она заулыбалась и тоже пошла по своим делам.

До реки было рукой подать, но Бажен знал одно смачное место, где он в прошлый раз две здоровые щуки вытянул. До того места будет далековато добираться, авось к обеду домой вернётся. Проклятое чувство тревоги впилось, как клещ. Может, не стоит далеко ходить на этот раз? Нет, надо, чтобы хороший улов был. На берегу Бажена ждала лодка, он закинул в неё сети и погрёб. Подул ветерок, небо чуть прояснилось. Солнечные лучи достали землю и нагревали спину мальчишки.

К обеду Бажен успел вернуться, привязал лодку и пошёл в деревню. Пока мерил шаги по тропинке, ветер сменил направление, и в нос ударил запах палёного. Это насторожило Бажена. Ох, неужели, предчувствие не подвело? Похоже, пока он плавал, в деревне случился пожар. Мальчишка поспешил.

Вскоре перед мальчиком предстала страшная картина: вся деревня полыхала. Он, спотыкаясь, побежал к своему дому и решил проверить по пути то место, над которым кружила куча воронья.

— Матерь Божья! – Воскликнул мальчик, на глаза навернулись крупные слёзы, а душа переполнилась ненавистью.

В воздухе стоял жуткий смрад. На дороге была навалена гора трупов с распоротыми животами и вытекшими наружу внутренностями. Бажен подошёл ближе и среди зверски убитых узнал свою мать. В её стеклянных глазах застыл ужас мученической смерти. Мальчик рыдал, прижимая к себе тело своей матери. Басурмане жестоко убили негодных, сожгли деревню, а молодых и здоровых увели в качестве полонян, чтобы продать на своих невольничьих рынках. Горыня, Степан и Малуша теперь будут работать на каких-нибудь поганых пашей в далёкой басурманской стране, если их не убьют.

Бажен долго сидел, держа мать на коленях, весь пропитался её кровью. Надо было ждать возвращения отца. Лошадей нет, чтобы самому доехать до города, а пешим идти долго и бесполезно, так как тятя уже успеет прискакать сюда, и они могут разминуться. А ещё на дорогах разбойники. Бажен их, конечно, не боится, но одному без оружия и коня глупо куда-либо двигаться. Хотя что толку от оружия? Если на коне он ещё умеет сидеть, то оружия в руках не держал. Не дружит мальчишка с оружием, о чём горько сожалел в момент своего тяжёлого одиночества, находясь среди мёртвых и изувеченных тел. Ему грезилось, как он безжалостно пытает своих врагов. Хотелось мстить, и он когда-нибудь обязательно исполнит свою мечту.

Неподалёку Бажен нашёл уцелевшую лопату и стал потихоньку копать большую общую могилу. К вечеру мальчишка похоронил всех, кроме матери. Для неё он выкопал отдельную яму и, попрощавшись, накрыл её холмиком тёплой и сырой земли. Прочитал над всеми молитву.

Отец Бажена, Ждан, вернулся в своей телеге, которую тащила старая, но ещё добрая кобылка. Лицо его разом побледнело, а внутри всё опустилось, когда он увидел, что произошло в его отсутствие. Но когда он встретил сына в окровавленной одежде, то лучик надежды мелькнул перед ним.

Бажен рассказал отцу всё как было. Чернобородый и худой мужчина стоял на коленях перед могилой своей жены Любаши, прижав к себе мальчонку. Тяжкая дума и сильная боль не давали покоя Ждану. Жену потерял, дети неизвестно где, ни кола, ни двора. Куда они теперь? И как жить дальше? Заночевать пришлось в поле, больше негде.

— Ты прости меня, сынок, что приходится в неволю тебя отдавать. У барина ты будешь сыт и крыша над головой, а со мной тебе погибель, – жалобно утешал Ждан то ли себя, то ли сына.

— Я понимаю, тять, – всхлипывал Бажен.

— Не могу я с тобой, малым, побираться. Даст Бог, устроюсь и выкуплю тебя обратно, — продолжал Ждан.

Ему не хотелось продавать в холопы единственного, оставшегося рядом с ним сына, но деваться некуда.

— Иди, тять, – мальчик отвернулся, чтобы не видеть отца.

Время, отведённое барином для прощания Ждана с сыном, заканчивалось. Мужчина встал, шатаясь, поправил ослабевший пояс на зипуне и направился к выходу. Мальчишка в последний момент бросился к нему. Они обнялись крепко.

— Я буду навещать иногда, — прошептал Ждан, – ты держись только.

Отец ушёл, а Бажену надо было в дом — приступать к работе, которую даст ему барин. Барин попался строгий, но не кровожадный. Бажен, в основном, бегал подай да принеси и ещё мужскую работу выполнял во дворе, которая ему по силам. Кормили два раза в день, сытно, ночью удавалось поспать несколько часов в специально отведённой комнате для холопов. Там Бажен жил не один. У барина ещё были холопы, которые годились Бажену почти в ровесники. Ловкий Путята и синеглазая Голуба стали лучшими друзьями Бажена.

Каждую ночь мальчишка видел во сне свой дом и семью. Ему снилось, как его братья носятся вокруг бани, отец поит лошадь, мать стирает, а Малуша играет с соседской девочкой во что-то. Всё так реально, как будто и не было басурман.

И вот, как-то ночью снова видит Бажен свою мать, она ему кричит что-то, а он не может услышать, будто между ними прозрачная, но очень прочная стена. Он старался, прислушивался, и наконец до него дошло чётко: «Беги! Беги в лес!». Бажен проснулся и почувствовал, что его кто-то трясёт. Повернувшись, он увидел своих друзей.

— Ты чего стонешь? – Шёпотом спросил его Путята. – Приснилось чего?

— Ага, – подтвердил Бажен.

— Своих видел? – Догадалась Голуба.

— Да, мать видел.

У Голубы была похожая история. Её тоже тятька по голодной нужде в холопки отдал, чтобы с долгами рассчитаться. А Путята уже родился холопом.

— Мы друзья? – Вдруг спросил Бажен.

— Друзья, – в один голос подтвердили ребята.

— Ты к чему спрашиваешь? – Не понимал Путята.

— Вы меня не выдадите?

— Нет, – опять хором ответили друзья.

— Как себе можешь доверять, – заявил Путята, а Голуба согласно кивнула.

— Нас никто не подслушивает? – Бажен вскочил и сам проверил, нет ли кого за дверью. Никого, убедился он.

— Да все спят и наш соглядатай тоже, хлебнул медовухи, пожалованной ему барином за хороший труд, и храпит теперь, – успокоил Путята.

— Знаете, что мне мать во сне сказала? – Заинтриговал всех Бажен.

— Что?

— Бежать мне нужно в лес.

Все переглянулись.

— Ты серьёзно? – Прищурился Путята.

— Серьёзней некуда. Вы со мной? – Вызывающе бросил Бажен.

— Так сгоряча нельзя, – задумчиво сказал Путята.

Голуба молчала и смотрела на мальчишек квадратными глазами.

— Вы согласны? – Уточнил Бажен.

— Я согласен, сам думал об этом, – ответил Путята.

— А ты, Голуба, пойдёшь с нами?

Девочка, подумав, тоже дала согласие.

— Давайте спать, а то уже вставать скоро, будем ходить, как сонные мухи, получим от барина угощение — палкой по спине. За день каждый из нас обдумает план действий, а ночью посовещаемся, – предложил Путята.

Все приняли это разумное предложение и через минуту уже сладко спали.

День тянулся, как век. Однако небесполезно. Через день к барину должны были наведываться важные гости. Во время приёма ускользнуть не получится, но после него, когда все будут пьяные, можно убежать. Каждый из детей стаскивал себе кусок хлеба с обеденного стола и приносил этот хлеб в общий узелок, который беглецы собирали, как провизию на дорогу.

Главное, чтобы их соглядатай Иван ничего не заметил и не заподозрил. Если он прознает, то сразу настучит барину обо всём, тогда всё пропало. Путята вспомнил, как один холоп, Гришка, тоже в бега подался, далеко убежать не успел, так как кто-то узнал его планы и доложил обо всём. Поймали его, хорошенько отхлестали цепью так, что куски мяса свисали. Затем бросили в холодный поруб, чтобы раны зализал, и снова всыпали и так несколько раз. Конечно, жить в неволе куда хуже, чем быть искалеченным, поэтому стоит рискнуть.

Наступил назначенный день. Как только рассвело, барин гонял своих слуг так, будто не его родня приезжает, а сам царь. Голуба вместе с Баженом таскали здоровенные ендовы из кухни к столу и обратно. К вечеру все захмелели и начали подливать медовухи слугам.

И вот, тот самый подходящий момент наступил. Уже стемнело. В доме все спали, кто где упал. Только за конюшней слышались пьяные голоса, распевающие песни. Трещали кузнечики, луна скрылась за тёмно-серыми облаками. Путята высунул свою рыжую голову из общей каморки беглецов. Прямо перед дверьми валялся Иван, пьяный, как свинья. Такой соглядатай и за собой-то не уследит, не то что за ними.

Мальчик дал знак рукой всем остальным, что можно смело выдвигаться. Они потихоньку крались по терему, чтобы, дай Бог, их никто не заметил. Впереди шёл Путята, а замыкал Бажен. Наконец они выбрались на задний двор. Там тоже похрапывал какой-то толстяк в обнимку с колчаном, лицо в темноте не разглядеть, тянуло ярым перегаром.

— Готовенькие все, – прошелестел рыжий.

Один за другим они миновали высокий тын и дали дёру через поле, стремясь скорее укрыться в густой чернеющей чаще леса. Вскоре дети шли по лесной тропинке.

— Надо к болоту, пройдём его, и дальше нас будет трудно найти, собаки со следа собьются, – сказал Бажен.

— Верно, – согласился Путята.

— А не утопнем? – Спросила Голуба.

— Пройдём как-нибудь, не переживай. Я с отцом не раз на том болоте был, – заверил Бажен.

— Да лучше уж утопнуть, чем назад вернуться, – сам себе сказал Путята.

— А через пятнадцать лет нас уже никто искать не будет, – подмигнул товарищам Бажен.

— Почему через пятнадцать? – Спросила Голуба.

— А закон таков, пятнадцать лет ищут, а потом перестают, – пояснил мальчик.

— А пятнадцать лет это сколько? – Поинтересовался рыжий.

— Ты считать не умеешь? – Задал встречный вопрос Бажен.

— Не умею, грамоте не обучен, – виновато посмотрел Путята.

— Ничего, – улыбнулся Бажен, – я тебя научу, вот, гляди, осень, зима, весна и лето – это один год. Так?

Рыжий утвердительно кивнул головой.

— Допустим, что один твой палец на руке — это один год. Вот через столько лет нас перестанут искать, – Бажен указал на все пальцы рук Путяты и ещё подставил свою пятерню. – Понял?

— Ого, как много лет нам придётся скитаться, – сделал вывод рыжий.

— Да, много, – подтвердил Бажен.

К зорьке ребята достигли болота, каждый отыскал себе длинную крепкую палку и стали переходить. Дом барина ещё спал, когда они сидели на берегу маленькой прозрачной речки с чистой водой. Солнце успело подняться. Дети умылись, попили воды и поели припасённого хлеба. Отдохнули и снова в путь.

Ночевали в овражке. Развели там костёр. К Бажену во сне приходила мать. Они шли по лесу, который постепенно начал расступаться, и после ступили на поляну. Он увидел широкую реку, а на высоком берегу торчали разбросанные избёнки. Деревня какая-то. Мать сказала, чтобы Бажен пришёл в эту деревню.

Целый день брели по лесу. Хлеб закончился. Очень хотелось есть. Нет ни стрел, никакого оружия, чтобы дичь зацепить. И вдруг показался просвет. Дети вышли на поляну. Бажен сразу вспомнил свой сон, потому что он увидел ту самую деревню, на которую ему указывала мать во сне.

— Пойдёмте, может, за какую-нибудь работу дадут поесть, — позвал Бажен.

— Нет больше выбора, пойдёмте, – рассудил Путята.

Троица быстро достигла крайней избы, во дворе которой здоровый светловолосый мужик с густыми бровями и бородой в зелёной потёртой однорядке колол дрова. Мужик заметил детей.

— Кто такие? Зачем пожаловали? – Пробасил хозяин, осматривая гостей своими прозрачными голубыми глазками.

— Сироты мы, бродяжничаем, – ответил Путята. — Есть ли у вас какая-нибудь работёнка за хлеб, а то мы с дороги? – Сходу спросил рыжий.

Мужик подошёл ближе, похлопал одного из мальчиков по плечу:

— Как вас звать?

— Путята.

— Бажен, а это Голуба, – указал мальчишка на черноволосую круглолицую девчонку.

— Меня зовут Тур, так и величайте, – представился сам хозяин.

— А работка-то есть? – Настаивал Путята.

— А как же? Ну-ка, заходи. В дом проходите.

Дети зашли в пропитанное дымом помещение, полноватая хозяйка стряпала. Немощная старуха в чёрной одежде лежала на печи. По полу ползал полуголый темноволосый мальчишка с пухлыми щеками, совсем ещё маленький. В углу точил нож паренёк, уже почти юноша. А на лавке сидела и вышивала платок девочка в тёмно-синем сарафане с заплетёнными в косу ярко-каштановыми волосами. Господи, да это же Малуша!

— Малуша! – Воскликнул Бажен.

Девочка оторвалась от шитья и кинулась к брату. Все на них обернулись, бросив свои дела.

— О, как! Нашлась родня, – причмокнул Тур.

— Как она сюда попала? – Бажен вопросительно и удивлённо посмотрел на всех.

— Ездил я навещать своего брата в монастырь, скакали мимо какой-то погорелой деревни. Ух и зрелище! Так вот, она из-за кустов вынырнула, не оставлять же дитё, подобрал и домой привёз, – рассказал Тур.

— Это нашу деревню басурмане спалили, часть людей убили, а часть в полон увели. Я в это время на реке был, ставил сети, поэтому и остался невредимый, — объяснил Бажен.

Все перекрестились. Ребят накормили, а потом они пошли по хозяйству помогать своим добродетелям. Так дети и остались жить в семье Тура, пока люди барина не стали пронюхивать, в какую сторону беглецы подались. Тогда ребятам удалось сбежать к донским казакам. Малуша увязалась за ними. Казачья жизнь научила Бажена хорошо владеть оружием, как он мечтал. Ребятам не раз довелось воевать с татарами, совершавшими набеги.

Автор: Дикая

Проголосуйте, пожалуйста, за историю, если она Вам понравилась:

Спасибо, что поддержали автора понравившейся Вам истории, нажав на иконку своей любимой соцсети. Если Вы знаете историю получше, обязательно присылайте ее нам (регистрация для этого не требуется).


Комментарии к страшной истории “Материнское сердце”:

Пожалуйста, будьте вежливы, не ругайтесь.

  1. Сергей пишет:

    Дикая, вам бы книгу написать. Отличная книга у вас получится!
    Мать не покидает детей и волнуется за них даже после своей смерти.

  2. Дикая пишет:

    Сергей, я ещё не доросла до книги)

  3. JOHNNY пишет:

    Отличная история. Интересно, что же случилось с братьями Бажена Степаном и Горыней.

  4. Дикая пишет:

    JOHNNY, я не стала писать о Степане и Горыне. Может быть, если нахлынет, то напишу продолжение. Дети попали в рабство, а оттуда никто тогда не возвращался, только если чудо произойдёт)

  5. Вышла из сумрака пишет:

    Хорошо написано. Судя по именам, дело происходило в дохристианской Руси, тогда бар не было, были князья, которые выставляли часовых и сами жили рядом. Они были заинтересованы в целости и сохранности как деревни, так и крестьян, ведь им платилась десятина на содержание армии. В случае нападения врагов по сигналу собиралась дружина и отражала набеги (или погибали все), так что никакого выжившего богача в округе бы не было.

  6. Дикая пишет:

    Вышла из сумрака, такими именами, которые я использовала в рассказе, долго пользовались, вплоть до 19 века. Правда, среди знатных людей было принято называть новорожденных исключительно христианскими именами. Может быть, с именами я немного промахнулась.
    В моём рассказе дело происходило где-то между 1610 и 1640 годом. Крымские татары иногда доходили до самой Москвы. Ослабевшая из-за внутренних передряг Русь долго не могла защитить себя. Борьба Руси с осколками Золотой Орды продолжалась до 1783 года.

  7. Дикая пишет:

    Евгения, чуток уразумею.)

  8. Дикая пишет:

    Спасибо, Евгения, я старалась)

  9. Человек пишет:

    Хорошая история, молодец Дикая. Очень интересно было читать. Спасибо.

Пожалуйста, прокомментируйте историю (без регистрации):

* - обязательные для заполнения поля.

** - чтобы ваша аватарка отображалась в комментариях здесь и на других сайтах, необходимо зарегистрироваться на сайте gravatar.com, указав при этом тот же e-mail, который вы указываете перед добавлением комментария. Подробнее читайте здесь.

Самые новые публикации в категории Художественные рассказы:

Топ-10 самых читаемых страшилок на нашем сайте:

 

Ваша личная история может быть опубликована на нашем сайте уже сегодня! Присылайте свою страшилку (регистрироваться не нужно), рекомендуйте ее друзьям и обсуждайте любимый рассказ с его автором!